RU | EN | CN

Люди в Приморье должны знать, как казино изменит их жизнь — Ольга Сун-жаю

Инвестиционный проект Игорная зона Приморье известен далеко за пределами Дальнего Востока России и не только в игорной индустрии. Новости с берегов Муравьиной бухты говорят о том, что проект может стать самым ярким примером партнерства государства и бизнеса: игорная зона вошла в туристический кластер и «обрастает» развлекательными объектами, расширяется география инвесторов и растут налоговые отчисления в бюджет. Секретами успеха проекта с редакцией LoginCasino делится Ольга Сун-жаю, Генеральный директор АО «Корпорация развития Приморского края». Ранее мы писали о том, что туристический кластер Приморье продолжает наращивать инвестиции.

Ольга Викторовна, новости из Приморья, конечно же, привлекают внимание и не могут не радовать. Напомните, пожалуйста нашим читателям, как все начиналось.

Предшествовал всему, как известно, федеральный закон (Федеральный закон от 29.12.2006 N 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» - прим. ред.), где регламентируется создание нескольких игорных зон в России и, в том числе, был выбран Приморский край, как один из самых стратегически важных регионов России. Потому как всемирная практика доказала, что казино становятся драйверами развития территории и экономики в долгосрочной перспективе. Сегодня единственная на Дальнем Востоке России игорная зона находится вблизи Владивостока, на территории Артемовского городского округа, в бухте Муравьиная в 40 минутах езды от столицы Дальнего Востока. Распоряжение правительства вступило в силу в 2009 году и началось создание игорной зоны. 

В чем заключается функция КРПК?

Нас определили как девелопера или оператора проекта: для таких проектов нужны специальные рабочие группы. Нашей обязанностью является создание транспортной и инженерной инфраструктуры и сопровождение работы инвесторов, начиная с момента заключения инвестиционного контракта до момента ввода в эксплуатацию. 

На сегодняшний день нами подготовлена следующая инфраструктура: система канализации и водоснабжения, действующие инвесторы обеспечены электричеством и связью, построен 7-й сектор дороги, и мы начали 8-й, таким образом завершая большое дорожное кольцо длиной порядка 10 км, соединяющее все земельные участки, которые выделены для строительства гостиниц и казино. Территория значительно преобразилась.

На сегодняшний день заключено 12 контрактов на общую сумму более 75 млрд. рублей. В 2018 году «Корпорацией развития Приморского края» было принято решение о создании туристического кластера, который расширит границы уже освоенных территорий — помимо игорных домов мы решили построить развлекательную инфраструктуру. Корпорация сегодня ведет работу по оформлению земельных участков и формированию туристического кластера. Всем известно, как воспринимаются азартные игры общественностью, но мы понимали, что в синергии это будет работать просто великолепно.  На сегодняшний день уже очевидно, что такое решение было правильным. 

Корпорация четко следит за масштабностью проектов, суммой инвестиций, количеством автоматов, столов, номеров — это все регламентировано. Что касается игорной зоны, то мы опираемся на ключевых операторов, чтобы это были не киоски какие-то, а действительно серьезные заведения мирового уровня. Мы заключаем договоры, в которых регламентируем объем инвестиций, требования к проекту - с нами все согласовывается. К примеру, мы заключили договоры на строительство гольф-поля на 36 лунок. Понятно, что это очень масштабный проект, к которому отношение у местных жителей сформировалось, как к игре для богатых. Поэтому, для создания лояльности общественности вместе с гольф-полем создается эко-парк, строятся велодорожки, аквапарки, теннисные корты, дорожки для пешеходных прогулок — это та социальная нагрузка, которая лежит на инвесторах. Сейчас разговариваем на предмет размещения тематического этно-парка: туристы понимают, что они находятся в России, и мы хотим ее показать, хотим сделать целый тематический город для того, чтобы житель и Приморского края, и соседних регионов, и западных областей страны, и зарубежный гость мог это увидеть. Конечно, не обойдется без огромных торговых центров, концертного холла: каждый должен найти здесь то, что ему интересно. 

В 2021 году таких соглашений подписано уже на 58 млрд рублей, и это не просто меморандумы, которые заключаются и потом не всегда реализуются — это уже контракты с первыми сроками, это проработанная большая концепция, чтобы мы вместе с инвестором понимали, куда идем. Это уже конкретные выделенные земельные участки, переданные операторам под конкретные задачи.

Каков средний срок окупаемости инвестиций?

У каждого проекта он свой. К примеру, есть договор на строительство гольф-курорта, и он подразумевает инвестирование 8,5 млрд. рублей, а есть договор казино —14, 5 млрд, но на другой территории этот же инвестор планирует тематический парк, русский вариант Disneyland’а, это еще около 15 млрд рублей. Инвесторы заходят и спрашивают нас, как казино работают: как первое казино работает, как второе. Если мы говорим об окупаемости, то казино — это сверхприбыльный бизнес, в том числе в связи с близостью к Японии, Южной Корее, Китаю. В 2-х часах лету от нас живет более 400 млн потенциальных туристов, соответственно, мы понимаем, что 70-80 % игроков будут из стран Азиатско-тихоокеанского региона. Поэтому говорить об окупаемости всего проекта сложно. Мы примерно понимаем сроки окупаемости казино, но то, что касается неигровой составляющей, посчитать сложнее. В тематическом парке срок окупаемости, к примеру, где-то 23 года, но ввиду сбалансированной работы всего комплекса, нивелируется все доходами с казино, с торговых центров, с концерт-холлов — это все идет в общей концепции.  

Для чего же строятся объекты с такими длительными сроками окупаемости?

Для людей. Такие объекты востребованы в долгосрочной перспективе. Я подчеркивала неоднократно, люди должны знать, что они имеют от размещения на территории Приморья и казино, и гольф-полей. Населению сложно привыкнуть к мысли, что у нас можно отдохнуть, просто погулять бесплатно на качественно благоустроенных территориях.  Поэтому мы просим инвестора, который строит казино, чтобы он благоустроил, скажем, пляж или построил парк развлечений – для каждого свой отдых, у людей будет возможность выбирать, потому вместе это будет работать хорошо. Главное, что мы хотим донести до людей, что казино – это генераторы налогов. Бюджет сейчас ежегодно получает порядка 300 млн. рублей от налоговых отчислений с деятельности казино, не зависимо от его прибыли. Мы планируем, что после постройки всех запланированных 12-ти отелей с казино налоговый поток составит порядка 7 млрд рублей в консолидированный бюджет Приморского края. Я всегда привожу один простой пример: мы можем строить за 300 млн. рублей 1 детский сад в год – это стабильный налог, который открывает большие возможности для проектов государственно-частного партнерства, где концессионер (инвестор) сможет гарантировано рассчитывать на возвратность своих средств из бюджета. Планируя бюджет, мы понимаем, что точно сможем рассчитывать на эти средства, потому что федеральный закон о регулировании игорной деятельности предполагает фиксированный налог из расчета количества игорного оборудования. И, соответственно, благодаря проекту планировки, мы точно знаем, сколько будет столов, автоматов, мы можем посчитать и налоги. И, когда я с людьми разговариваю, то простым языком всегда объясняю социально-экономический эффект, который дают наши проекты. Более того, это безусловно, рабочие места.

Кроме налогов, в чем еще заключается экономический эффект функционирования игорной зоны и кластера в целом?

На сегодняшний день у нас полторы тысячи рабочих мест. Это не просто официант, который обслуживает — это человек, у которого достаточно высокая зарплата, выше средней, который разговаривают на английском языке, кто-то говорит и на китайском, это уже совсем другой уровень квалификации. Другими словами, мы даем квалифицированные рабочие места, и, соответственно, налоги от доходов работников, в том числе. Мы пытаемся объяснить, как работает в Америке Лас-Вегас — это же целый город туризма для всего мира! Мы строим амбициозные планы, и для гостей из России и стран АТР у нас готовится свой туристический город. Единственное, для меня и корпорации важно, чтобы это было что-то русское, чтобы была во всем этническая составляющая, чтобы тематический парк назывался, как в Сочи, Скороход, и был не Санта Клаус, а Дед Мороз. Мы хотим свою культуру показывать туристам из зарубежных стран. 

Судя по всему, основной доход игорной зоны формируют зарубежные туристы, это так?

Так сложилось исторически. Безусловно, играют и русские, пандемия это показала. Когда были закрыты границы, был пик заболеваемости, мы закрывали все заведения. Но когда мы открыли казино, они сработали без прибыли, но в «ноль», и мы понимаем, что этот «ноль» дают граждане России. Хотя, объективности ради, нужно сказать, что основная прибыль в игорную зону идет со стран АТР. 

Был такой случай. Однажды я прилетела в Корею. Хотя я сама в гольф не играю, но гольф-поля - это шикарные места, чтобы просто погулять. На город Пусан приходится 150 гольф-полей, хотя это не такой уже и большой город (Город Пусан - 770 км², около 3,5 млн. жителей, - ред). 14 топовых телеканалов ведут трансляцию — показывают игру в гольф с самой дорогой рекламой. Я понимаю, что корейцы просто живут этой игрой. Кроме того, это спорт и какие-то соревнования международного уровня можно проводить и у нас. Что такое соревнование международного уровня? Это зрители, а зрители – это туристы. Мы же понимаем, что каждый турист, который заезжает в Россию, тратит деньги здесь. Малый и средний бизнес получают деньги с туриста, с каждого практически. Конечно, у нас государственный подход и стоит учитывать, что дальневосточный регион очень долго отставал в развитии от западных регионов, от Москвы, от Санкт-Петербурга, хотя мы и прогрессивно развиваемся сейчас. Я постоянно слежу за тем, что происходит в Хабаровском крае, в Амурской области, на Сахалине, на Камчатке, в Забайкалье, и я прекрасно понимаю, что моя задача, как руководителя корпорации, сделать в Приморском крае что-то мирового уровня, для того, чтобы туристы и инвесторы ехали не только в Москву и в Санкт-Петербург, но и в Приморье тоже. 

Почему гражданин Китая, Южной Кореи или, скажем, Японии должен прилететь именно в Приморье?

Несмотря на то, что мы находимся в Азии фактически, для азиатов мы – Европа: всего за 2 часа лету они попадают в европейскую атмосферу. В Корее запрещена игра для корейцев, в Китае запрещена игра для китайцев — это все их дела, их законодательство. Вот до пандемии у нас в среднем было 400 тыс. туристов в год — огромные автобусы китайцев, корейцев и японцев, им интересно что-то наше, русское, наш менталитет. Мы недавно были на экономическом форуме в Харбине. Там создан целый город, где все строения в старинном русском стиле, там делают блюда русской кухни — этот городок полон туристов. Азиатским гостям интересна наша самобытность. Поэтому у туристов игорной зоны в Приморье интерес проявлен не только к игре. У них очень развиты семейные ценности, китайцы очень любят детей, они приезжают сюда целыми семьями. И нам нужно, чтобы каждый нашел все, что ему нужно: ребенок поиграл в детском центре, мама пошла на шопинг, а папа, к примеру, пошел поиграть в казино. Именно тогда им и будет интересно сюда прилетать. 

Почему в финансировании проекта одинаково заинтересовано и государство, и частные компании? 

Вы знаете, есть несколько ответов на этот вопрос. Нужно понимать, что на Дальнем Востоке и в Приморье есть социально-экономическая проблема — идет отток населения, а это говорит о низком качестве жизни. Думаю, что федеральная власть понимает, что нужно менять качество жизни на Дальнем Востоке, чтобы этого оттока не было. Данный вопрос можно решить за счет реализации масштабных инвестиционных проектов. Что касается интересов инвестора, для инвестора самое главное – условия «входа» и перспективы региона. Моя позиция, и я этим горжусь: мы приветствуем наших инвесторов. Некоторые компании говорят: «Ольга, если бы вы нас так не встретили, мы б к вам, наверное, и не зашли бы». Лично моя политика, и соответственно, основа работы всей корпорации: если инвестор заходит, то мы должны убрать все бюрократические барьеры, чтобы инвестор пришел «в одно окно», чтобы он не искал, куда ему идти за разрешением на строительство, куда за согласованиями, куда за геологией, за геодезией. Приходит инвестор, и он может задать вопрос, куда ему обратиться, скажем, чтобы найти геодезиста, проектировщиков, операторов, строителей. Мы даем полный расклад — от оформления земельного участка и первого кирпичика, до самого конца, до ввода в эксплуатацию. Приезжают из других регионов инвесторы, из других стран, и им вообще не понятно, как это все делать здесь. Я не считаю, что они должны обо всем этом беспокоиться — они должны беспокоиться об окупаемости, о сути проекта, о сроках, а все остальное их не должно отвлекать. И настрой моей команды именно такой. Мы очень много времени тратим на то, что разъясняем иностранным инвесторам российское законодательство, у нас работают китаеведы, которые могут китайцам рассказать все на понятном им языке, есть переводчики с корейского —  мы всем все объясняем на пальцах. И даже когда у нас были заключены договоры с «Монтера Групп», Сочи, мы им тоже говорили: «Ребята, вам не нужно думать, куда идти и какую бумагу брать, я за вас уже обо всем подумала. Просто дайте мне конечную цель, и я скажу вам, как туда идти». Эта на мой взгляд главное. И для меня это очень важно, я лично сопровождаю процесс заключения договора, и, как показывает практика, может это нескромно, но ответы на все вопросы находятся, и благодаря такой политике к нам заходят инвесторы. У нас сейчас есть южнокорейский инвестор, он просит «зарезервировать» 5 и 24 участки. А я понимаю, что завтра ко мне придет компания, которая захочет эти участки. И я говорю, господа, я не могу зарезервировать участки, потому что поток идет постоянно. Но в некоторых моментах мы идем на встречу. Главное, чтобы концепция проекта не ломалась. Сейчас у нас занято 19 земельных участков, общая площадь строительства 137,9 га из 263 га, запланировано создать 5700 гостиничных номеров, даже чуть больше, установить 1100 игорных столов, 8800 игровых автоматов. Отсюда у нас есть понимание, какие будут налоги. Вы сами можете умножить и понять, какие будут налоги. Мы контролируем все эти вещи.  На сегодняшний день у нас есть 6 свободных земельных участков общей площадью 55,5 га.  За короткий период с июля по октябрь мы заключили договоры на застройку 16, 17, 18, 19, 11, 3-го участков — вот такой серьезный объем за такой короткий период. И это не просто договоры о намерениях — это договоры о выкупе права на земельные участки и инвестиционные соглашения.

Какие отрасли будут развиваться в регионе благодаря начальным инвестициям и, в дальнейшем, функционированию игорной зоны?

Как только инвестор заходит, всегда развиваются смежные отрасли, и это, прежде всего, строительство. Дальше уже заходят операторы, ритейлеры: развитие игорной зоны и туристической составляющей автоматически дает мультипликативный эффект. Согласно официальным данным, напрямую в игорной зоне будет работать порядка 20 тысяч человек и порядка 35 тысяч — в смежных отраслях. Это не просто крупье в казино. Это и в гостиницах рабочие места, это и обслуживание в детской зоне, это и предоставление сервиса на гольф- поле, на теннисном корте. Мы создаем очень много рабочих мест в строительной сфере, в первую очередь в Приморье, но при таких объемах строительства мы будем задействовать и компании из западных областей России – будем опираться на ИТР и ПТО Владивостока, к примеру, а рабочую силу привлекать из других регионов России. К нам заходят компании мирового уровня, наши проектные организации сразу же получают работу. Сегодня мы работаем над тем, чтобы с момента прилета в аэропорт люди сразу же понимали, где у нас игорная зона, где кластер. Помимо всего, Корпорация развития Приморского края развивается и у нас есть проекты помимо игорной зоны и туристического кластера —  мы являемся операторами промышленного парка, точно также для производственников предоставляем льготные условия, строим инфраструктуру, делаем арендную стоимость ниже рыночной, чтобы производство заходило и развивалось, в частности для нас важно развитие в строительной отрасли. Кроме того, мы являемся оперативной дирекцией по строительству объектов для обманутых дольщиков: мы построили 16 домов, сдали в эксплуатацию 187 тыс. км², занимаемся расселением из ветхого и аварийного жилья. Благодаря развитию таких проектов, как игорная зона, в региональном бюджете есть средства на решение остросоциальных проблем. Сейчас по поручению губернатора мы занимаемся развитием острова Русский. То есть, у нас очень широкий спектр работы, и мы четко понимаем развитие всех отраслей региона в балансе и увязываем все между собой. КРПК — это такая агломерация разных областей, призванная сделать так, чтобы все работало в регионе, как единый механизм. 

С какими вопросам к Вам чаще всего обращаются инвесторы?

По многим вопросам, помимо организационных — и юридическое сопровождение, и консалтинг, и поставка строительных материалов, ведь мы обладаем информацией, где лучше качество, условия, цена. Мы часто состыковываем инвесторов с производителями - так легче работать всем. Мы иногда сами получаем акты ввода в эксплуатацию.  К примеру, при строительстве казино «Шамбала» мы просто взяли ситуацию под свой контроль, чтобы инвесторы получили разрешение на строительство без задержек. И так мы сопровождаем всех, кто к нам зашел. К слову, команда «Шамбалы» отличный пример работы на результат – несмотря на пандемию, за два года был качественно построен потрясающий развлекательный комплекс, и уже сегодня планируется строительство 5-ти звездочного отеля на 270 номеров с конференц-залами, СПА и ресторанами. Запустить работу отеля планируют к 2024-2025 году.

Местное население меняет свое отношение к соседству с игорной зоной?

Я очень сильно и много работаю над тем, чтобы люди понимали наши планы, чтобы сменить отношение к государственным проектам. Идея по туристическому кластеру пришла не случайно. Цель масштабных проектов как раз в том, чтобы комплексно развивать территорию региона, которая сама не развивается. А с приходом инвесторов она будет качественно благоустроена, будут построены дороги как для транспорта, так и для прогулок. Будут места для отдыха – это сделает жизнь в Приморье лучше, качество жизни станет выше. Гольф-поля мы расположили на «депрессивных» территориях — там были болота, туда нельзя было зайти или заехать. Но на сегодняшний день у нас уже там техника работает, уже все дороги сделали, причем вырубки деревьев не требуется — мы взяли болотную местность и превращаем ее в цветущий город. А в целом природа Приморского края располагает к развитию туризма, есть все природные ресурсы: море, лес, Черепашье озеро прямо внутри игорной зоны, а оно само по себе уже является достопримечательностью, вокруг него мы и будем делать благоустройство. Мы за здоровый образ жизни, поэтому уже скоро будут подписаны все необходимые контракты для развития видов спорта на воде. И гольф-поле, и теннис, и спорт на воде — это все спортивная составляющая кластера, мы будем ее обязательно развивать. Сейчас это очень актуально, когда у нас пандемия: и профилактика, и занятия спортом очень важны.

Эффект от проекта просто колоссальный, и это все для людей, прежде всего. Именно это важно для создания лояльности населения – сама концепция. Мы и в этом направлении очень сильно работаем, разговариваем с инвесторами, чтобы все это было включено в проекты. Мы охватили все сферы, которые людям могут быть интересны. К тому же мы всегда открыты для предложений, чтобы концепцию проекта дополнить. И главное теперь — не останавливаться, и, несмотря на пандемию, реализовывать все задуманные проекты. Нужно оптимистичнее смотреть на происходящее. Пандемия закончится, а у нас будут результаты.